В начале предлагаю остановиться на уточнении диагноза существующей политической системы.
Диагноз системы
По моему глубокому убеждению, Россию сейчас разрывают две корневые болезни ее политической системы - некомпетентность и коррупция. Они действуют не сами по себе, а совокупно, давая синергетический эффект.
Первая беда, например, произрастает из двух практик: а) на федеральном уровне - вопиющие фаворитизм и непотизм (питерские кланы, кооператив "Озеро"), о которых сказано уже много, и б) в регионах - скрытая политическая "сегрегация" в национальных республиках (о ней принято помалкивать), при которой этнически русский профессионал, будь он хоть на голову сильнее конкурентов, никогда не займет высокий пост в ключевых министерствах, не говоря уже о кресле президента республики. В итоге получается, что огромные ресурсы нашей страны управляются неэффективно, что естественным образом повышает риски в долгосрочной перспективе. Ведь мы не можем не учитывать геополитику - соседство России с мощно развивающейся глобальной державой - Китаем - и региональными лидерами, такими как Турция и Иран. А также, что не менее важно, настоящая политическая система не создает социальные лифты для своего самообновления и улучшения. Таким образом, у талантливых образованных людей, или даже выдающихся профессионалов в своей области нет стимулов и возможности для проявления своих умений и навыков на государственной службе.
Вторая беда, конечно, сопряжена с первой и действует еще более разрушительно, а ее результаты оформляются не только в форме банального воровства, но и в виде специфически сложенной "вокруг государственной" экономики. То есть в России процветают все виды коррупции - и бытовая, и деловая, и верховной власти. И это, как показывает практика успешных антикоррупционных кампаний в Сингапуре и Грузии, тот самый случай, когда "рыба гниет с головы".
Эти явления делают нынешнюю элиту не легитимной даже не с точки зрения ее конституционного оформления (да и здесь негативную роль играют операции "преемник", осуществляемые с 2000 года и противоречащие духу действующей конституции, и фарс на выборах), а с точки зрения устройства преуспевающих современных обществ в Юго-Восточной Азии (в Китае и так называемых "азиатских тиграх" - Сингапуре, Южной Корее, Тайване и Гонконге), которые гармонично устроены по принципу авторитарной меритократии. То есть получается, что российская современная власть не легитимна ни с точки зрения успешных демократий западного образца, ни с точки зрения успешных восточных меритократий.
Хотя, безусловно, важнее сама по себе внутренняя легитимность, т.е. то, признает ли существующую власть сам российский народ. Прошедшие парламентские выборы показали, что уровень народной поддержки настоящего курса падает как ни крути: с фальсификациями или без. Будущие президентские выборы дадут ответ на вопрос, есть ли мандат у "архитектора" этой системы - В. Путина.
Очевидно, он и его команда строили эту систему в свойственной им манере: не публично, не подотчетно, не прозрачно. Ни сам Путин, ни его преемник Д. Медведев никогда не были (да так и не стали) публичными политиками: получив власть "по наследству", они не привыкли отстаивать свою правоту в дебатах и отвечать на неудобные вопросы. Также заметно, что Путин, больше ценящий лояльность, чем профессионализм, за 10 лет не создал вокруг себя мощного и более молодого интеллектуального "кулака", способного прийти на смену этой "элиты" (чего хотя бы стоит его намерение вернуться в Кремль в этом году). Лично для меня очевидно, что на самореформирование существующей политической модели надеяться не приходится. Причем ясно, что по ее обломкам будут легко восстановлены две те самые причины ее смерти - гангрена и асфиксия.
Есть ли альтернатива?
Недавнюю волну справедливых протестов, кажется, попытались оседлать, в том числе, выступая на митингах, кто угодно - эклектичные поэты-сатирики, писатели-сатириками, просто неплохие писатели, политические банкроты (по совместительству, мастера обсценной лексики), талантливые и не очень телеведущие, порядочные музыканты, кремлевские ренегаты, невнятные олигархи и прочие. Какую альтернативу они предлагают? Есть ли среди них профессионалы, достойные того, что бы войти в новую политическую элиту страны? Давайте рассмотрим кандидатуру самого перспективного, по мнению многих, представителя этой волны - Алексея Навального.
Сразу оговорюсь, что мое отношение к Навальному как общественному деятелю крайне позитивное. Он действительно проявил смелость (что так ценно в наше время) и неплохие организаторские способности, реализовав важные общественно значимые проекты - антикоррупционный "РосПил" и мониторинг за качеством дорог "РосЯма". К слову, на этой стезе общественной деятельности еще более ярок и заслуживает всяческого уважения Евгений Ройзман, основатель "Города без наркотиков". Однако в Навальном смущают его недавно оформившиеся политические амбиции (и даже на президентский пост), которые, впрочем, выглядят мало обоснованными.
Во-первых, Навальный не имеет отчетливо сформулированной политической программы. Да, время от времени, журналисты или тот же Б. Акунин, в форме уже привычных для него публичных диалогов, выуживают по крупицам представления Навального о прошлом и настоящем. Но вот на счет будущего пока нет особой конкретики, не говоря уже о глубоком анализе возможных путей развития. Очевидно, любой серьезный кандидат должен давать ответы не только на вопрос "что?", но и на вопрос "как?".
Во-вторых, Навальный не преуспел значительно в своей основной стезе - юриспруденции. Он не имеет бэкграунда в виде Колумбийского Университета и опыта на посту министра юстиции, как М. Саакашвили, или Кембриджа и адвокатской практики в профсоюзной сфере, как Ли Куан Ю (так что аллюзии, в частности, Ю. Латыниной при разговорах о Навальном к этим двум, безусловно, важным реформаторам нашего времени выглядят немного ангажированными). Скажем, в принципе полезная деятельность Навального по защите миноритариев простому обывателю покажется малопонятной, а осведомленному - скорее занятием, граничащим с гринмейлом. Впрочем, в любом случае это опыт защиты уж очень малой категории лиц в нашей стране.
В-третьих, что, однако, уже не столь важно и вполне субъективно, Навальный вовсе не выдающийся оратор и харизматик, как принято считать. Тем, кто не знаком с речами Б. Обамы рекомендую для сравнения, например, вот эту на инаугурации, из русскоязычных ораторов выделю С. Удальцова (и, особенно, его обращение на митинге на площади Сахарова).
Однако, с моей точки зрения, самый главный недостаток Навального, который он уже вряд ли сможет нивелировать, состоит в том, что он не технократ. Но об этом уже в следующем разделе.
В виде лирического отступления: здесь, наверно, кто-то удивиться тому, что нет традиционной критики позиции Навального по национальному вопросу. Так в общих чертах я солидарен с ним - национальный вопрос, действительно, стоит остро, и лучше всего это иллюстрирует распределение голосов за "Единую Россию" в национальных республиках и русских регионах. Причем, дело не в фальсификациях: люди, в самом деле, в национальных республиках (что в Поволжье, что на Кавказе) по разным причинам живут лучше.
Альтернатива - меритократия в виде технократии
Определимся с терминами. В политологической теории, технократия - это разновидность меритократии, при которой руководящую роль в государстве занимают эксперты и, прежде всего, научно-технические специалисты. Конечно, никто не мечтает об утопических моделях общества, вроде тех, что описаны в замечательных романах "Мы" Е. Замятина и "О, дивный новый мир" О. Хаксли. Речь идет о другом. Дело в том, что руководители-технократы глубоко понимают проблемы и перспективы реального промышленного сектора экономики, а также такого важного направления для модернизации, как наукоемкие производства. В социальной сфере технократы отдают прерогативу образованию и науке, поддерживая и поднимая их уровень любыми эффективными способами. При принятии политических решений технократы опираются на научный подход и теорию, это позволяет им мыслить стратегически, а не в тех терминах мелкотемья, в которые скатились большинство нынешних западных демократий - от одного выборного цикла до другого. При этом политический либерализм отнюдь не ставится во главу угла, скорее наборот успешные технократии грамотно ограничивают свободы, предлагая взамен жестко соблюдаемые правила игры и верховенство закона. Либерализм же уместен только в экономике. Причем, это соединение предоставляемых свобод в экономике и ясных четких правил игр в виде обузданной коррупции, неприкосновенной частной собственности и ограниченного, но очень компетентного, вмешательства государства в экономику - весьма привлекательно для инвесторов, соглашающихся на длительные проекты, а вовсе не на краткие интервенции при высоких бизнес-рисках, как это распространено в России. Все это создает почву, необходимую для настоящей модернизации и прорыва во всех сферах - от экономики и технологий до социальной сферы.
Прежде чем привести конкретные примеры политических моделей и политиков-технократов, остановимся на ряде мер, которые по опыту разных стран, должны способствовать построению технократического общества.
Мера 1. Социальные лифты для профессионалов. Для привлечения лучших специалистов в отрасли на государственную службу им, естественно, необходимо предоставлять зарплату, сравнимую с той, которую они могли бы получать, работая в частном секторе. Этого трудно добиться, однако интересна, например, практика Сингапура, введеная в 1995 году, с автоматической привязкой фонда жалования министров, судей и высших государственных служащих к сумме налогов, уплачиваемых частным сектором. Т.е. гос. элите становится выгодно (в нормальном смысле этого слова), чтобы доходы частного сектора росли.
Мера 2. Разумная миграционная политика. Необходимо уяснить то, что продуктивной является только один вид миграции - приток высокообразованной рабочей силы. Все остальные виды миграции просто не работают и вредны, так как создают дополнительные культурно-бытовые проблемы, что видно, как по Западной Европе, так и здесь, в России. Необходимо создавать условия для привлечения таких специалистов из зарубежа и реэмиграции наших специалистов, уехавших в последние 20 лет. Да, это высококонкурентный рынок, но давайте начнем с малого. Например, вместо привоза строителей из Средней Азии необходимо по принципу выдачи грантов (см., например, программу Фулбрайта Госдепа США и др.) отбирать на конкурсной основе и привозить оттуда всю талантливую молодежь, победителей олимпиад, создавать там условия для обучения русскому языку.
Мера 3. Реформа образования. Для начала необходимо признать то, что у нас теперь не самые лучшие в мире: школьное образование (здесь стоит учиться у Финляндии), университетское образование (здесь в лидерах - США и Великобритания) и наука. Таким образом, меры напрашиваются сами собой: продуманные программы по студенческому обмену (с обязательными механизмами возвращения), привлечение ведущих иностранных преподавателей для проведения лекций на месте, встраивание в существующие открытые системы онлайн обучения (см. например, у Стэнфордского Университета и MIT), механизмы для поощрения сотрудничества с зарубежными учеными (по схеме: 1 проект = отечественные исследовательские группы + обязательно одна ведущая группа в области из зарубежа), механизмы для поощрения совместных проектов бизнеса и академической науки в университетах для снижения с государства исключительной нагрузки финансирования науки в стране. Также крайне важно грамотное введение английского языка (де-факто языка международной науки и образования, особенно, технических направлений) как второго основного языка для любого россиянина. Здесь интересен опыт скандинавских стран, таких как Дания и Норвегия, и, естественно, Сингапура.
Мера 4. Борьба с коррупцией. Контроль за расходами и отмена презумпции невиновности в отношении чиновников. Введение конфискации для осужденных по делам коррупции. Адекватное вознаграждение труда чиновников также и в этом перечне. Естественно, равенство перед законом и жесткие меры для всех без исключения (что делать с осужденными - просто сажать, как в Сингапуре, или расстреливать как в Китае, - вопрос стилистический).
Важно отметить и то, что переход от нынешней модели российской государства к технократии должен происходить на базе следующих важных пунктов:
- смена власти только через выборы или ясный легитимный институт передачи власти (прообраз нашего Учредительного Собрания или французского Национального Конвента);
- принятие новой легитимной властью закона о люстрации и приведение его в исполнение (т.к. впредь не должно быть практик, вроде массовой сдачи билетов КПСС и перебегания под новые знамена в конъюнктурных целях).
А теперь о примерах.
Пример 1. Брежневская эпоха. 70-е годы - это расцвет Советского Союза в различных сферах: образование, наука, промышленность, космос, балет, спорт и т.д. Причем дело было не только в демонстрируемых результатах и компетентности, но и в атмосфере целеустремленности и сотрудничества. Особенно ярко этот конгломерат подчеркивает пример ректора МГУ В. Садовничего, который приведен ниже (оставляя орфографию и пунктуацию оригинала):
" ... Вот, среда, которая была на Мехмате, она неповторима. Весь мир до сих пор изучает эту среду, потому что семинары и лекции шли до 12 ночи, в коридорах ходили группы и аспирантов, и уже маститых профессоров, которые задавали друг другу вопросы ... даже не зная доказательства, если круг пройти по коридорам Мехмата и, поговорив друг с другом, к концу круга найдешь доказательство этой теоремы. "
Также примечательна и такая цитата из мемуаров Ли Куан Ю (см. конец 27-й главы):
" ... Когда я посетил Советский Союз в сентябре 1970 года и встретился с премьер-министром Косыгиным на его черноморской даче, советские лидеры были уверены, что будущее принадлежало им.
Наблюдать за тем, как огромная, контролируемая империя стала неуправляемой, а затем разрушилась, было устрашающим зрелищем."
Легко заметить, что большинство членов Политбюро имели высшее инженерно-техническое образование и большой опыт управления на производстве. Да, конечно, мы прекрасно знаем, чем закончилась советская эпоха, но это как раз позволяет извлекать верные выводы. Ни в коем случае нельзя повторять главную ошибку брежневской эпохи: без своевременной смены элит технократия выродилась в мало адекватную геронтократию.
Пример 2. Политбюро компартии Китая. Другим великолепным примером является то, как удачно принципы технократии легли в основу, пожалуй, самой грандиозной трансформации в истории человечества - реформ Дэн Сяопина в Китае. Дело в том, что синологи отмечают несколько поколений лидеров в коммунистической партии Китая. И в конце 70-х, в период после хаоса Культурной революции, перед Дэн Сяопином стояла трудная задача по вытаскиванию страны из кризиса. И он принял единственно верное решение - сделать ставку на новое поколение, поколение технократов, и отказаться от услуг так называемых участников "Великого Похода", соратников Мао, к которым принадлежал и сам Дэн Сяопин.
Примечательно, что новая элита в основном состояла из специалистов, получивших инженерное образование у нас, в Советском Союзе. Это практика распространилась и на третье поколение лидеров: Цзян Цзэминь получил инженерное образование в Шанхае и проходил в 50-х практику на автозаводе в Москве, Ли Пэн окончил Московский Энергетический Университет по специальности гидроинженер, Ли Ланьцин - Фунданский Университет по направлению менеджмент предприятия и проходил практику на Горьковском автозаводе, Чжу Жунцзи - Университет Цинхуа по специальности электротехник, Ли Рийхуан - инженер-архитектор. Более подробно это исследовалось в работах Ченга Ли (см., например, Cheng Li "The Rise of the Fourth Generation Leaders in the PRC", также можно ознакомиться с биографиями лидеров современного Политюро КПК). Кстати, как справедливо отмечал Ли Куан Ю (см. здесь и здесь), это было поколение китайской элиты, у которой еще второй язык был русский. Скоро ситуация будет меняться (хотя бы в виду массовой практики обучения китайских студентов в США с середины 80-х и того, что большинство китайских специалистов, действительно, возвращаются), и у современной китайской элиты вторым будет английский язык. Очевидно, китайская элита учла ошибки Советского Союза и теперь со всем основанием может рассчитывать на то, что будущее будет принадлежать именно им.
Пример 3. Правительство Е. Примакова и Ю. Маслюкова. Сравнительно недавний пример - краткосрочный, но весьма эффективный приход антикризисного правительства Примакова-Маслюкова, работа которого, по сути, заложила фундамент для будущего роста российской экономики в начале "нулевых" при Путине. По данным С. Глазьева, благодаря их работе экономический рост составил более 23% при снижающейся инфляции. Среди ключевых мер правительства были: удержание низких процентных ставок и борьба с монополистами. Конечно, оставалась куча нерешенных проблем, как справедливо и отмечает Глазьев. Однако, отставка этого правительства состоялась и была продиктована ничем иным как патологической неадекватностью пьяницы Б. Ельцина, тогдашнего главы государства.
Пример 4. Гипотетический пример из нашего настоящего - действующий калужский губернатор А. Артамонов. "Гипотетический" - так как мне ничего неизвестно о его политических президентских амбициях.
Он получил техническое образование и прошел хорошую школу от инженера до директора предприятий, т.е. понимает что такое производство. О его политической чистоплотности и личных качествах говорит то, что он не "предал" КПСС и после 1991 года не состоял ни в одной из партий, включая приснопамятную "Единую Россию", что, безусловно, редкость среди глав регионов. Кроме того, ему удается успешно работать с иностранными инвесторами, о чем говорит приход в калужскую область знаменитого Volkswagen, построившего там завод. Что, кстати, было отмечено германскими властями на высшем уровне в виде государственной награды ФРГ. Таким образом, это интересный пример политика-технократа федерального уровня, который проявил себя как качественный управленец региона без нефтяных ресурсов (но при наличии сильного научного потенциала, хотя бы в виде того же Обнинска) и который мог бы баллотироваться на пост президента России. В любом случае, очевидно, его выдвижение было бы более логичной альтеративой Путину, чем, скажем, тот же иркутский губернатор Д. Мезенцев.
Что делать нам, обывателям?
Суть предыдушего раздела в том, что бы подчеркнуть одну простую, но важную, мысль - мы, россияне, заслуживаем лучшую элиту. Однако, что мы сами можем сделать для того, чтобы это свершилось? И здесь, представляется, есть различные направления.
Один из них, как тонко подметила в одном из эфиров "Эха" В. Новодворская, опрометчиво показал сам Путин (то ли в шутку, то ли всерьез он однажды посетовал: "Ганди умер - поговорить не с кем"). Это гандизм в виде несотрудничества и ненасильственных формах гражданского неповиновения.
Есть и другой путь - более личный - начать с себя. Т.е. учиться, становиться профессионалом в своей области и, используя полученный опыт и знания, стараться влиять на окружающую среду и подавать личный пример. Таким образом, тем, кто молоды (по крайней мере, в душе), необходимо самосовершенствоваться и получать образование, по возможности, в лучших учебных заведениях отрасли, в том числе, зарубежом. Те, у кого достаточно опыта и профессионализма, могут применять его в форме общественно полезной деятельности, создавая и участвуя в общественных организациях. Да, наконец, отказаться от дачи взятки - тоже важный ресурс для "выздоровления" общества!
Да, оба эволюционных пути трудны и не дают сиюминутного эффекта, но они, уверен, должны привести в конце концов к позитивным изменениям в масштабе всей страны. Ведь согласно принципам диалектики и феномену "черного лебедя", описанному Н. Талебом, история зачастую развивается нелогично и непредсказуемо. Поэтому нам остается только трудиться и надеяться, что со временем общество выдвинет своих героев, и, по Г. Джемалю, "лидеры соткутся из тумана".
